Разговор с небанальным инопланетянином. Индурайн велосипед


Рассказ о легендарном велогонщике Мигеле Индурайне

Предыдущие материалы из рубрики «В мемориз!»

В мемориз! Старт авторской рубрики Льва РоссошикаТри укола, сотворивших чудоКак ЦСКА и «Динамо» оставили «короля» без короныЛегенда, не выжившая без спорта

Мигель Индурайн ушёл, как и гонялся, небанально – 1 января 1997 года он собрал журналистов в одном из отелей родного городка Памплона и сделал официальное заявление о завершении карьеры. На все вопросы он отвечать отказался – просто зачитал заявление и ушёл. С тех пор прошло ровно 18 лет, а свет его звезды не померк. Лев Россошик, единственный из российских журналистов прошедший три велогонки «Тур де Франс» от старта до финиша, в традиционной авторской рубрике «В мемориз!» делится впечатлениями от общения с выдающимся спортсменом — пятикратным победителем французского «Тура», олимпийским и мировым чемпионом. Инопланетянином. Ему нравилось, когда его так называли.

Лев Россошик и Мигель Индурайн

С днём рождения, велосипед!

Наверное, это простое совпадение: несколько дней назад, когда в бесчисленные новогодние выходные решил разобрать свой фотоархив, причём в момент, когда на глаза попались несколько наших совместных снимков, по телевидению шёл сюжет о том, что в 2015 году будут отмечать 130-летие изобретения велосипеда. Тогда и вспомнил, как высоко оценивал своё двухколесное чудо великий испанец Мигель Индурайн, с которым мы вдвоём и были изображены на тех фотографиях. Признание это прозвучало из уст уникального гонщика 20 лет назад незадолго до финиша «Тур де Франс» 1995 года.

«У меня с велосипедом, можно сказать, сентиментальные отношения, — делился со мной дон Мигель. — Он для меня почти как живое существо: мне всегда кажется, что велосипед тоже ждёт этого дня — 1 декабря, когда я после каникул возобновляю тренировки. В последний раз — 1 декабря прошлого (1994-го. — Прим. „Чемпионата“) года — я пришёл к своему двухколесному партнёру, сел напротив, и мы долго смотрели друг на друга. Он, как мне показалось, с укоризной, потому что с Антильских островов, где мы провели с женой отпуск, я привёз больше шести килограммов лишнего веса. Словом, мы обменялись с велосипедом взглядами, мол, мы ещё пригодимся друг другу. А вот если наступит день, когда не я, а он станет превалировать над моим состоянием, когда не я, а он будет зазывать меня в седло, — я скажу себе: „Хватит, Мигель. Не надо себя насиловать“. Очень хочется этот грустный день отодвинуть на более поздний срок. Пока же я чувствую и силы, и желание гоняться ничуть не меньше, чем пять или десять лет назад».

Так 20 лет назад выглядел новейший велосипед Индурайна

Одолел «Тур де Франс» с третьей попытки

Он провёл в велоспорте 14 лет, из них 13 в профессионалах. А начинал своё восхождение великий гонщик в городке Памплона, в горах северной испанской провинции Наварра. Начал крутить педали в 9 лет, а в 10 спокойно доезжал до Вильява д'Альсоррис, местечка, где родилась его мать, что в 20 километрах от дома.

Гоночный велосипед взамен первому, украденному, отец подарил сыну, когда тому исполнилось 11 лет. Спортом Мигель увлекался, но другим: был чемпионом Наварры среди сверстников в беге на 400 метров, прилично играл в баскетбол и футбол. Как-то приятели уговорили его принять участие в местных соревнованиях по велосипеду, но к старту Индурайна не допустили — оказалось, для этого нужна была лицензия. Неделю спустя, когда формальности были улажены, новичок неожиданно пришёл к финишу традиционной в этих местах воскресной гонки вторым. А уже следующий старт принёс ему первую в жизни победу на шоссе.

«По воскресеньям шестеро мальчишек забивали мой крошечный „Рено-5“, из всех щелей которого торчали их велосипеды, и мы отправлялись на очередную гонку, — вспоминал Пепе Баррусо, первый наставник будущего чемпиона. — В сентябре 82-го я позвонил своему старому знакомому Хосе Мигелю Эчаварри, спортивному директору команды „Рейнольдс“, и сказал, что присмотрел для его конюшни классного „скакуна“. Сообщил о разговоре Мигелю. Так он меня затерзал: „Ну что, Эчаварри не звонил?“ И так чуть ли не ежедневно в течение нескольких месяцев, пока в феврале 83-го наконец не раздался звонок: Эчаварри объявил, что в команде появилась вакансия».

В том же году Индурайн стал чемпионом Испании среди любителей, а на следующий выступал за национальную команду на велогонке Мира и на Олимпиаде в Лос-Анджелесе. И сразу после Игр-84 подписал первый профессиональный контракт.

На следующий год Мигель вышел на старт своего первого французского «Тура». Но продлился он для юного дарования, которому как раз во время гонки должен был исполниться всего 21 год, всего-то пять дней: мудрый Эчаварри посчитал, что дебютанту еще рано тягаться с асами велодорог. Год спустя тренер вновь решил придержать Индурайна, не дав ему доехать главную гонку до конца. И только с третьего захода фамилия испанца появилась в конце первой сотни финишировавших в Париже почти с трехчасовым отставанием от победителя — ирландца Стефена Роша. Зато испанец четко выполнил тренерскую установку, работая, как и подобало новичку, на соотечественника и лидера команды Педро Дельгадо, в свою очередь уступившего ирландцу каких-то 40 секунд.

Он мог стать и шестикратным победителем «Тура»

Первую победу в «Туре» — пока на этапе — он одержал в 1989-м, когда финишировал первым на 147-километровом этапе между По и Комбаском. Тем самым 25-летний испанец навсегда вписал свое имя в историю более чем вековой гонки. Победитель даже одного этапа на «Тур де Франс» пользуется в этой стране ничуть не меньшим почетом и уважением, чем олимпийский чемпион. В чем не раз удалось убедиться за три «Больших петли». В 95-м водителем моего журналистского авто был голландец Анри Мандерс, бывший велогонщик, за десять лет до того победивший на этапе в Туркуэне, хотя на финиш в Париже приехавший только 91-м. Но тот факт из его спортивной биографии зачастую открывал ему, а значит и мне, доступ туда, куда другим коллегам проезд и проход были закрыты.

Индурайн выиграл заветную гонку только в 1991-м. Но ему мог покориться «Тур де Франс» и за год до этого. Увы, талантливый гонщик вынужден был вновь выполнять черновую работу, трудясь на лидера команды Дельгадо. «Если бы я поставил на Мигеля, — признавался позже Эчаварри, — меня бы никто не понял: Испания в тот год была заражена „дельгадизмом“.

А потом было пять побед подряд, чего не удавалось ни одному из прочих пятикратных покорителей тура — двум французам Жаку Анкетилю и Бернару Ино и бельгийцу Эдди Мерксу. Попросил испанца в одной из наших бесед дать короткую характеристику каждой из победных многодневок.

«Первый выигранный мной «Тур» 1991 года назвал бы магическим, — рассказывал Мигель. — В 92-м просто подтвердил свои возможности. Еще через год на мне уже висела обязанность выиграть, а это не очень приятно. В 1994 году пришел опыт, и я уже все и всех знал, многое умел как в собственном саду. В 1995-м сознательно отказался от участия в «Джиро д'Италия» в пользу коротких многодневок на юге Франции. И оказался прав — на финише «Тура» чувствовал себя полным сил, как никогда в прежние годы».

Трофей образца 1995 года. Последний, выигранный в «Туре»

Смесь французского с… баскско-испанским

Самой большой проблемой для тысяч журналистов, освещавших ежегодно главную гонку профессионалов в начале девяностых, было пообщаться с ее победителем. Дело в том, что Индурайн говорил только по-испански, а если точнее — на своем родном баскском диалекте. На пресс-конференциях с переводом помогал Эчаварри, хорошо владевший французским, но чтобы побеседовать с «королем» без многочисленных свидетелей, надо было что-то придумывать.

В первый раз — в 1993-м получилась услуга за услугу: я помог коллеге из газеты le Parisien Жану Кормье пообщаться с Джамолидином Абдужапаровым, победителем трех этапов в том «Туре». В свою очередь Жан, баск по происхождению, который дружил с Индурайном, отплатил по-царски. Вот несколько ответов Мигеля из той, первой беседы, которая во многом характеризует гонщика.

"- Вы стали признанным лидером, патроном пелотона, какими были некогда Меркс и Ино. Вам уютно в этой роли властителя?

— Ни Мерксу, ни Ино я по складу характера подражать не могу. Да и не хочу. У меня совсем другие отношения в пелотоне. Я не настолько агрессивен, как они, и не способен бросаться в атаку очертя голову. Кстати, последнее — качество не характера, а физических данных. В пелотоне я даю возможность каждому проявить себя — это вопрос уважения к тем, с кем проливаешь литры пота в таких гонках, как эта. Свои — другое дело. Здесь я действительно патрон, жесткий, требовательный, строгий.

— И все-таки: в чем секрет Индурайна?— Секрет? Нет никакого секрета. Есть, как у каждого из двух сотен участников «Тура», пот и кровь, пролитые на тысячах километров дорог".

А во второй раз — через два года — просто повезло. Мы с водителем ужинали на открытой террасе гостиничного ресторанчика в Бордо, где заночевала гонка, когда вдруг между столиков возник Индурайн собственной персоной. Многочисленной свиты при нем на сей раз не было. Только Эчаварри, после коротких переговоров с которым оба уселись на пластиковые кресла за нашим столиком. Разговаривали достаточно долго. Часть из этого диалога я привёл выше, другую перескажу чуть ниже, тогда и поймете почему.

Ну а в третий раз мне пришлось брать интервью у «желтой майки» на Красной площади в Москве 29 июля того же года, где и сделаны снимки, на которых мы изображены вдвоем. Поскольку Мигель французский немного понимал, договорились, что я буду задавать вопросы по-французски, он — отвечать на своем испанско-баскском диалекте. Мне же предстояло еще все перевести по ходу для многотысячной аудитории, собравшейся на старте-финише критериума вокруг Кремля возле тогда еще «живой» гостиницы «Россия». Худо-бедно по-испански чуть-чуть рублю — сказывалось инязовское образование, да и вопросы задавал такие, что ответы на них однозначно угадывались.

Кстати, накануне для участия в кольцевой гонке вокруг главной достопримечательности российской столицы в Москву прибыл пелотон французского «Тура» со всеми своими атрибутами — стартовой деревней, подиумом для представления участников, красными авто директората, ажанами сопровождения на мотоциклах…

По свидетельству очевидцев, импровизированное интервью на публику получилось занятным.

В чём всё-таки секрет Индурайна?

Победы на этапах – в подарок

Когда Индурайн объявил о своём уходе, в мировом велоспорте не оказалось ни одного человека, который бы не высказал сожаления по этому поводу. Кто-то недоумевал, как можно было отказаться от контракта с испанской же командой ОNСЕ, в котором, якобы, значилась астрономическая по тем временам для велоспорта сумма в 10 миллионов долларов. Кому-то были не очень понятны мотивы столь резкого отречения от занятия всей жизни. А его постоянный соперник во всех стартах итальянец Клаудио Кьяппуччи даже направил в редакцию журнала Velo magazine открытое письмо, в котором восклицал: «Дорогой Мигель, как мне тебя будет не хватать! Ведь понятие велопелотон связано для меня именно с тобой!» Нисколько не сомневаюсь, что под этим посланием подписались бы все, кто когда-либо выходил с Мигелем на старт. А уж тем более француз Люк Леблан и бельгиец Йохан Брюнель. Обоим Индурайн подарил… по победе на этапах «Тур де Франс» 1994 и 1995 годов. Хотя сам испанец никогда этого не признавал, но всем свидетелям тех финишей было очевидно джентльменство Короля Мигеля.

— Давно сложилось устойчивое впечатление, будто вас совершенно не интересуют победы на этапах. Если не считать, разумеется, индивидуальных стартов, являющихся вашим «фирменным блюдом», то окажется, что за десять с лишним лет выступлений в «Туре» вы выиграли только два обычных этапа. Но ведь их могло быть и больше, если бы вы не дарили финиши соперникам?

— (Хитро улыбается.) Подарил? Пропустил? С чего вы это взяли? Я очень хотел выиграть горные финиши и на Лурд-Отакан в прошлом году, и на Альп д'Юэз в этом. Однако лишний раз убедился, что суперскалолазом не являюсь, и поднять на высоту двух с лишним тысяч метров мои 80 килограммов — это проблема".

Слукавил великий гонщик. Прочитайте его же высказывание несколькими строчками выше, что «в пелотоне он дает возможность каждому проявить себя», и вы поймете, кто из нас прав… Вот только о других подобных поступках на том же «Туре» да и прочих гонках — не Индурайна, прочих сильных — слышать не приходилось. Выходит, это одна из особенностей Индурайна, которая отличала его от остальных.

Объём лёгких Индурайна удивлял и болельщиков, и специалистов

Инопланетянин? Мне это нравится

А ещё пятикратный победитель «Тура» обладал уникальными индивидуальными физиологическими способностями не только по сравнению с обычными людьми, но и со спортсменами. Во всяком случае, исследования, проводимые учёными не только в годы, когда Индурайн соревновался, но и вплоть до последнего времени продемонстрировали, что равных ему не было и нет. Вот эти цифры: объём лёгких 7,8 литра (при среднем показателе 6 литров), кровообращение позволяло прокачивать по организму до 7 литров крови в минуту (3-4 литра у обычных людей, 5-6 у велогонщиков), пульс в состоянии покоя 28 ударов в минуту при среднем показателе 65 ударов. Группа специалистов подсчитала, что при максимальном потреблении кислорода 80-85 миллилитров на килограмм веса (78-80 кг при росте 188 см) в минуту позволяло Индурайну развивать мощность до 525-550 ватт. Средний показатель Мигеля в «Туре» — 455 ватт считается самым высоким среди всех участников гонки за последние 30 лет.

Вот вам и ещё одно отличие испанского гранда, лишний раз подтверждающее его неординарность.

— Откуда в вас прямо-таки олимпийское спокойствие?— Определённо, что я не получил его по наследству. Отец — экспансивный, очень нервный человек, брат тем более. Так что скорее всего это от природы: я рос в умиротворяющей обстановке гор, живописной природы, где не было места стрессам больших городов.

— Каждый знаменитый гонщик имеет прозвище, а то и не одно. Анкетиля именовали просто Мэтр Жак, Ино — Барсуком, за Мерксом закрепилось жуткое Каннибал. Сам Меркс придумал вам название TGV (аббревиатура суперскоростных французских поездов), хотя какие только клички вам не приклеивали — Сфинкс, Мигелон, Король Мигель, Биг Миг по аналогии с Биг Маком. Наконец, везде заговорили об Инопланетянине. А вам какое из прозвищ больше импонирует?— Ну, Сфинксом меня величали ещё в школьные годы, остальные прошли мимоходом. Я же предпочитаю, когда меня зовут Инопланетянин.

— С какой же планеты вы прилетели?— Моя планета — «Тур де Франс». Едва попадаю сюда — забываю обо всем на свете.

Почему инопланетянин? Может быть, потому что на трассе индивидуальной гонки с раздельным стартом Индурайн и в самом деле похож на космического пришельца. А если принять во внимание его физиологические особенности да приплюсовать к ним личностные качества, какими не обладал (да и сегодня вряд ли найдется такой же) ни один из гонщиков мирового пелотона, то выдающегося испанского гонщика можно было и впрямь посчитать неземным существом.

На дистанции инопланетянин с планеты «Тур де Франс»

www.championat.com

Мигель Индурайн: «Не стоит ждать от Армстронга побед» - Разное UABike

Пятикратный победитель «Тур де Франс» Мигель Индурайн заявил, что рад возвращению Армстронга в большой спорт, но сомневается в том, что Лэнс вновь способен побеждать. «Я и мои друзья очень рады возвращению Лэнса. Мы с радостью будет следить за его выступлениями. Думаю, что многие любители велоспорта будут с удовольствием следит за тем, как Армстронг вернется в большой спорт. В то же время не стоит ждать от Армстронга ярких побед. История хранит мало примеров феерических возвращений в велоспорт после длительного простоя.  Долгое отсутствие интенсивных тренировок не могло не сказать на форме Лэнса. Трудно вернуть былые кондиции учитывая то, что они были чуть ли не идеальными», – цитирует Индурайна Marca.

 

 

Справка:Мигель Индурайн является одним из величайших велосипедистов в истории это вида спорта. Последнее десятилетие XX века ознаменовалось господством Индурайна на главных соревнованиях планеты. Таким выдающимся велосипедистам, как Кьяпуччи, Буньо, Ромингер, Угрюмов, Рийс, Зулле, Жалабер не повезло - их лучшие годы пришлись на период расцвета спортивной карьеры испанского велогонщика. Мигель Индурайн Ларрайя родился 16 июля 1964 года в небольшом поселке Вильява, являющемся пригородом Памплоны, в семье сельскохозяйственных рабочих. Свой первый велосипед, подремонтированный и перекрашенный, Мигель получил в подарок, когда ему исполнилось 10 лет. В то время он ничего не знал о велоспорте, и никто не мог даже подозревать, что из слегка неуклюжего мальчика вырастет выдающийся спортсмен, признанный лучшим в истории испанского спорта. В велоспорт он пришел случайно: с его 188 см роста он мог бы успешно заниматься даже баскетболом. Но повезло именно велоспорту. Восхождение Мигеля к вершинам славы нельзя назвать стремительным. В 1983 году он выиграл свой первый чемпионат Испании и на следующий год был включен в сборную страны для участия в Олимпиаде в Лос-Анжелесе. В том же году он перешел из любительского спорта в профессиональный и начал свою карьеру в команде «Рейнольдс». В 1985 году он впервые принял участие в гонке «Тур де Франс», но хватило его тогда лишь на четыре этапа. На следующий год его участие в этой престижной многодневке закончилось на 12 этапе. К тому времени в активе Индурайна было уже несколько выигранных этапов во второстепенных велогонках, а в 1985 году он даже возглавлял испанскую «Вуэльту» на протяжении четырех этапов. Уже тогда он начал выделяться как специалист индивидульных гонок на время. Индурайн продолжал заявляться на «Тур де Франс», сумев в 1987 и 1988 годах закончить многодневку, хотя и с весьма скромными результатами. В 1989 году он выиграл свой первый этап на французской велогонке, продолжая оставаться в тени другого великого испанского гонщика, Педро Дельгадо, который стал первым испанцем, выигравшим «Тур де Франс». Это случилось в 1988 году, в чем была доля заслуг молодого и набирающего силы Индурайна, надежно прикрывавшего спину своего товарища по команде. В 1990 году Индурайн выиграл один из сложнейших этапов «Тур де Франс» и закончил гонку десятым, оставив впечатление, что до конца не использовал весь свой потенциал. Год спустя в присутствии Дельгадо в команде Мигель выиграл два этапа французской многодневки и стал первым в общем зачете. В том же году он завоевал бронзовую медаль на чемпионате мира по велоспорту в Германии и занял второе место на испанской «Вуэльте». В 1992 году Индурайн стал победителем итальянской велогонки «Джиро» и французской «Тур де Франс». Эти победы стали возможными благодаря двум выигранным этапам в индивидуальной гонке на время в Италии и трем – во Франции. До этого только пять спортсменов в мире смогли выиграть в один год эти две гонки. К тому же, никто из испанцев раньше не побеждал на «Джиро». На следующий год Индурайн повторил успех. Опять ключом для общей победы стали выигрыши индивидуальных гонок на время: двух на «Джиро» и двух на «Тур де Франс»о. Бронзовая медаль чемпионата мира по велоспорту стала неплохим дополнением к удачному году.  В 1994 году Индурайн стал третьим на «Джиро». Его опередили россиянин Евгений Берзин и восходящая звезда мирового велоспорта итальянец Марко Пантани. Но испанец не скрывал, что рассматривает итальянскую многодневку лишь как подготовку к «Тур де Франс», которая в том году имело ярко выраженный антииндурайновский характер: много гор и мало хронометража. Выиграв индивидуальную гонку на время, Мигель в итоговом зачете опеределил своих ближайших преследователей Угрюмова и Пантани на пять и семь минут соответственно. В 1995 году Индурайн стал первым в мире велосипедистом, выигравшем пять гонок «Тур де Франс» подряд. В том же году он выиграл еще несколько велогонок, а венцом успешного сезона стали золотая медаль чемпиона мира в индивидуальной гонке на время и серебряная медаль в шоссейной гонке. На следующий год он выиграл золотую медаль на Олимпийских играх в Атланте в своей коронной гонке на время, но не смог выиграть «Тур де Франс», заняв итоговое 11 место. Последней его гонкой в профессиональном велоспорте стала испанская «Вуэльта», которую он не закончил. 2 января 1997 года Индурайн объявил о своем уходе из большого спорта, расцененом многими преждевременным. Выносливость и физические данные (рост 188 см и вес 80 кг) дали ему прозвища «Мигелон» (Miguelon) и «Большой Миг» (Big Mig). Индивидуальные физиологические особенности Индурайна уникальны не только по сравнению с обычными людьми, но и по сравнению со спортсменами — объём лёгких около 8 литров (при среднем показателе 6 литров), кровообращение позволяло прокачивать по организму до 7 литров кислорода в минуту (у обычных людей в среднем 3-4 л, у велогонщиков 5-6 л), пульс в состоянии покоя — 28 ударов в минуту (средний показатель у людей — 60-70 ударов). За свои спортивные достижения Индурайн имеет множество различных наград и премий, среди которых выделяются испанский Орден Большого Креста за заслуги в спорте, Золотая медаль за гражданские заслуги, Премия принца Астурийского, орден Почетного Легиона Французской Республики.

uabike.com

Мигель Индурайн / Персоны / Велорама

Первый велогонщик, победивший в «Тур де Франс» 5 раз подряд, установил мировой рекорд в часовой гонке на треке

Мигель Анхель Индурайн Ларрайя родился 16 июля 1964 года в небольшом испанском поселке Вильява, являющемся пригородом Памплоны, в семье сельскохозяйственных рабочих.

Мигель Индурайн — прославленный испанский шоссейный велогонщик. 5 раз подряд побеждал на «Тур де Франс» (1991−1995), стал четвёртым из пяти велогонщиков, кто победил на «Туре» пять раз, и первым, кто это сделал подряд. Двукратный победитель «Джиро д'Италия».

В 1994 году установил мировой рекорд в часовой гонке на треке — 53 км 40 м.

В 1995 году Индурайн стал чемпионом мира в индивидуальной гонке с раздельным стартом.

В 1996 году Мигель Индурайн получил титул олимпийского чемпиона.

За свою выносливость и физические данные Мигель получил прозвища «Мигелон» (исп. Miguelón) и «Большой Миг» (англ. Big Mig).

Индивидуальные физиологические особенности Индурайна уникальны не только по сравнению с обычными людьми, но и по сравнению со спортсменами.

Объём его лёгких — около 8 литров (при среднем показателе 6 литров). Кровообращение позволяло прокачивать по организму до 7 литров крови в минуту (у обычных людей в среднем 3−4 литра, у велогонщиков 5−6 литров). Пульс в состоянии покоя — 28 ударов в минуту (средний показатель у людей — 60−70 ударов).

Начало карьеры

Свой первый велосипед, подремонтированный и перекрашенный, Мигель получил в подарок, когда ему исполнилось 10 лет. В то время он ничего не знал о велоспорте, и никто не мог даже подозревать, что из слегка неуклюжего мальчика вырастет выдающийся спортсмен, признанный лучшим в истории испанского спорта. В велоспорт он пришел случайно: с его 188 см роста он мог бы успешно заниматься даже баскетболом. Но повезло именно велоспорту.

Восхождение Мигеля к вершинам славы нельзя назвать стремительным. В 1983 году он выиграл свой первый чемпионат Испании и на следующий год был включен в сборную страны для участия в Олимпиаде в Лос-Анжелесе. В том же году он перешел из любительского спорта в профессиональный и начал свою карьеру в команде «Рейнольдс». В 1985 году он впервые принял участие в гонке «Тур де Франс», но хватило его тогда лишь на четыре этапа. На следующий год его участие в этой престижной многодневке закончилось на 12 этапе. К тому времени в активе Индурайна было уже несколько выигранных этапов во второстепенных велогонках, а в 1985 году он даже возглавлял «Вуэльту Испании» на протяжении четырёх этапов. Уже тогда он начал выделяться как специалист индивидульных гонок на время.

Индурайн продолжал участвовать на многодневке «Тур де Франс», сумев доехать до финиша в 1987 и 1988 годах, хотя и с весьма скромными результатами. В 1989 году он выиграл свой первый этап на французской велогонке, продолжая оставаться в тени другого великого испанского гонщика, Педро Дельгадо, который стал первым испанцем, выигравшим «Тур де Франс». Это случилось в 1988 году, в чём была доля заслуг молодого и набирающего силы Индурайна, надёжно прикрывавшего спину своего товарища по команде.

Путь к победе

В 1990 году Индурайн выиграл один из сложнейших этапов «Тур де Франс» и закончил гонку десятым, оставив впечатление, что до конца не использовал весь свой потенциал. Год спустя в присутствии Дельгадо в команде Мигель выиграл два этапа французской многодневки и стал первым в общем зачёте. В том же году он завоевал бронзовую медаль на Чемпионате мира по велоспорту в Германии и занял второе место на «Вуэльте Испании».

В 1992 году Индурайн стал победителем итальянской велогонки «Джиро д'Италия» и французской «Тур де Франс».

Эти победы стали возможными благодаря двум выигранным этапам в индивидуальной гонке на время в Италии и трём — во Франции. До этого только пять спортсменов в мире смогли выиграть в один год эти две гонки. К тому же, никто из испанцев раньше не побеждал на «Джиро д'Италия». На следующий 1993 год Индурайн повторил успех. Опять ключом для общей победы стали выигрыши индивидуальных гонок на время: двух на «Джиро» и двух на «Тур де Франс». Серебряная медаль Чемпионата мира по велоспорту стала неплохим дополнением к удачному году.

Слева направо: Мигель Индурайн (серебро), Лэнс Армстронг (золото), Олаф Людвиг (бронза), Чемпионат мира, 1993 год.

В 1994 году Индурайн стал третьим на «Джиро». Его опередили россиянин Евгений Берзин и восходящая звезда мирового велоспорта итальянец Марко Пантани. Но испанец не скрывал, что рассматривает итальянскую многодневку лишь как подготовку к «Тур де Франс», которая в том году имела ярко выраженный характер, играющий против него: полно гор и мало хронометража. Выиграв индивидуальную гонку на время, Мигель в итоговом зачёте опеределил своих ближайших преследователей Угрюмова и Пантани на пять и семь минут соответственно.

В 1995 году Индурайн стал первым в мире велосипедистом, выигравшем пять гонок «Тур де Франс» подряд.

В том же году он выиграл ещё несколько велогонок, а венцом успешного сезона стали золотая медаль чемпиона мира в индивидуальной гонке на время и серебряная медаль в шоссейной велогонке.

Завершение карьеры

На следующий год он выиграл золотую медаль на Олимпийских играх в Атланте в своей коронной гонке на время, но не смог выиграть «Тур де Франс», заняв итоговое 11 место. Последней его гонкой в профессиональном велоспорте стала «Вуэльта Испании», которую он не закончил. 2 января 1997 года Индурайн объявил о своём уходе из большого спорта, который многие расценили как преждевременный.

За свои спортивные достижения Индурайн завоевал множество различных наград и премий, среди которых выделяются испанский Орден Большого Креста за заслуги в спорте, Золотая медаль за гражданские заслуги, Премия принца Астурийского и орден Почётного Легиона Французской Республики.

velorama.ru

Tour de France winning bikes

With the start of the 2012 Tour de France just around the corner, we've decided to take a look back at the race's winning road bikes from the past 20 years. As expected, carbon fiber dominates the material landscape in more recent years, but you don't have to look too far back to find steel, aluminum and even metal matrices atop the podium.  

2011: Cadel Evans' (BMC) BMC TeamMachine SLR01 and Impec

Australian Cadel Evans employed two different BMC road bikes during the 2011 Tour de France. His TeamMachine SLR01 used a more conventional modular monocoque carbon fiber construction but his Impec boasted a far more radical manufacturing method. Instead of using individual carbon plies laid into a mold, all the tubes were woven mechanically at BMC's factory in Grenchen, Switzerland. Each joint was held together by a molded carbon fiber clamshell lug.

Build kits were the same for both bikes, however, comprising a Shimano Dura-Ace Di2 electronic group punctuated by an SRM PowerMeter, Speedplay Zero pedals, a Fizik Antares saddle, Continental tires and Elite bottle cages. A wealth of gear from team sponsor Easton included carbon EC90 tubular wheels, a forged EA90 stem and a traditional-bend bar.

A triumphant Evans in Paris, holding aloft his BMC Impec

We are having trouble displaying this video

Cadel Evans' BMC TeamMachine SLR01, as shown here in Procycling magazine's Wishlist video, is now available to buy

2010: Andy Schleck's (Saxo Bank) Specialized S-Works Tarmac SL3

Like all Tour-winning bikes of the past decade, Andy Schleck's Specialized S-Works Tarmac SL3 was built around a carbon fiber chassis, although you'd barely know it judging by appearances. The entire frame and fork were covered in gleaming silver paint that did an admirable job of mimicking the look of metal. The bike was personalized with Luxembourg's country colors around the fork blades and on the sides of the top tube, and boasted a quartet of roaring lions.

SRAM provided most of the build kit, including a Red group, and the wheels were Zipp carbon tubulars. The Specialized logo was found on the FACT carbon cranks and angle-adjustable forged aluminum stem. Completing the package were an FSA bar and seatpost, Prologo saddle, Veloflex tires, Speedplay Zero pedals, Tacx Tao Carbon cages and Gore Ride On sealed cables.

(Astana's Alberto Contador was the original winner of the 2010 Tour de France but the title was given to Schleck following the Spaniard's positive test for clenbuterol.)

2010 tour de france winner andy schleck (saxo bank) rode this custom painted specialized s-work tarmac sl3: 2010 tour de france winner andy schleck (saxo bank) rode this custom painted specialized s-work tarmac sl3

2009: Alberto Contador's (Astana) Trek Madone 6-Series

Alberto Contador's second Tour de France victory came aboard a custom Trek Madone 6-Series, which was exquisitely prepared by team mechanic Faustino Munoz. While Schleck's machine was all about Luxembourg, Contador's rig was more of a personal reflection, with the elaborate graphics paying tribute to his past conquests and even his trademark finish line salute.

In contrast to the paint job, the build kit was quite straightforward, including a complete SRAM Red group. A wealth of gear came from Trek subsidiary Bontrager, such as the Race XXX Lite shallow-profile carbon tubular wheels (deeper-section hoops were swapped in for flat stages), Race XXX Lite molded carbon stem and Race XXX Lite VR carbon handlebar. Capping things off were Hutchinson tubular tires, Look Keo 2 Max Carbon pedals, a Cane Creek headset and Contador's typical Selle Italia SLR saddle.

BikeRadar were on hand at that year's race, and we weighed Contador's bike – it was exactly 6.8kg (14.9lb), just as it should be for a climbing specialist.

Alberto contador's (astana) trek madone 6-series as used in the 2009 tour de france: alberto contador's (astana) trek madone 6-series as used in the 2009 tour de france

2008: Carlos Sastre's (Team CSC-Saxo Bank) Cervélo R3-SL

Carlos Sastre took charge of the 2008 Tour de France with a convincing attack on stage 17, blitzing up the slopes of Alpe d'Huez on a Cervélo R3-SL. The lightest in Cervélo's range at the time, the R3-SL epitomized the company's R-series design philosophy at the time – rectangular-to-oval 'Squoval' tube profiles, exceptionally tiny seat stays and big-diameter chain stays, all wrapped in a bare-bones black-and-white paint scheme. Claimed frame weight was a paltry 800g or so.

That day, Sastre's Cervélo was the veritable definition of a pure climber's bike, with ultra-light Zipp 202 shallow-profile carbon tubular wheels for minimal rotating mass. Given the UCI's 6.8kg (14.99lb) rule, the rest of the gear didn't need to be spectacular to make weight. Strapped to the Cervélo frame and 3T fork were a Shimano Dura-Ace 7800 transmission and brakes, an FSA K-Force Light crankset with elliptical Rotor Q-Rings, a 3T cockpit, Prologo Scratch saddle and Speedplay Zero pedals.

Carlos sastre (team csc-saxo bank) rocketed his cervélo r3-sl up l'alpe d'huez, taking the lead in stage 17 of the 2008 tour de france: carlos sastre (team csc-saxo bank) rocketed his cervélo r3-sl up l'alpe d'huez, taking the lead in stage 17 of the 2008 tour de france

2007: Alberto Contador's (Discovery Channel) Trek Madone Pro 5.2

Contador's Madone Pro 5.2 was a significant departure for Trek, who previously shunned the idea of a sloping top tube on their flagship carbon fiber road racer. In addition to the semi-compact geometry, Contador's Madone incorporated what was then a radically aggressive list of integrated features – a 90mm-wide bottom bracket with direct-fit cartridge bearings, a tapered head tube with similar drop-in bearing seats, ultra-wide chain stay spacing, a huge down tube profile and a novel no-cut semi-integrated seatmast.

Contador hadn't quite achieved superstar status at this point, so his bike was basic team issue, right down to the standard paint. Shimano provided the complete Dura-Ace 7800 group and pedals. Contador perched himself atop a San Marco Concor Light saddle, and Hutchinson provided tubular tires. The rest came from Trek house brand Bontrager, including the Race XXX Lite shallow-profile carbon wheels for climbing stages, the forged aluminum Race X Lite stem and anatomic-bend Race X Lite aluminum handlebar.

Alberto contador (discovery channel) was draped in yellow atop a trek madone 5.2 pro on the final stage of the 2007 tour de france: alberto contador (discovery channel) was draped in yellow atop a trek madone 5.2 pro on the final stage of the 2007 tour de france

2006: Oscar Pereiro's (Caisse d'Epargne) Pinarello Prince

Caisse d'Epargne's Pinarello Prince machines have never been tough to spot, with their striking paint jobs and unmistakably curvaceous shapes. According to Pinarello, the distinctively bendy fork blades and seat stays lend a smoother and more surefooted ride, while the stout lower half provides a stiff foundation for efficient pedaling.

Caisse d'Epargne team bikes stuck tightly to the European theme in 2006, with complete Campagnolo Record 10-speed groups (Campag 11-speed wasn't launched until 2008) and matching carbon tubular wheels, Continental tires, Look Keo pedals and Selle Italia saddles. Pinarello also supplied the bars, stems and seatposts out of the company's MOst component range.

(Phonak's Floyd Landis was the original winner of the 2006 Tour de France but his title was stripped following a positive test for testosterone.)

Sorry, this isn't actually oscar pereiro's pinarello prince. this bike belongs to caisse d'epargne teammate alejandro valverde but pereiro's machine was virtually identical in terms of spec save for the paint job: sorry, this isn't actually oscar pereiro's pinarello prince. this bike belongs to caisse d'epargne teammate alejandro valverde but pereiro's machine was virtually identical in terms of spec save for the paint job

This Prince belonged to Caisse d'Epargne's Alejandro Valverde but Pereiro's was virtually identical 

1999-2005: The Lance years

Lance Armstrong's seven-year run of Tour de France victories was not only incredible from a racing point of view, it also marked a period of dominance for bike sponsor Trek and their carbon fiber Madone range. The same went for Shimano, whose Dura-Ace group was used each year.

Armstrong rode a prototype Madone SSLx in 2005. The bike's carbon structure was reinforced with boron fiber to boost stiffness. Weight savings were mostly achieved by drilling out the aluminum head tube inserts and dropouts, yielding a final figure below 1kg. Armstrong also made use of Bontrager's Race XXX Lite semi-anatomic carbon bar for the first time in 2005. According to Trek road bike marketing manager Scott Daubert, total bike weight was just 7kg (15.4lb) – an impressive figure for its day.

Lance armstrong (discovery channel) rode a prototype trek madone sslx in the 2005 tour de france. the carbon fiber frame was reinforced with boron fibers to increase stiffness: lance armstrong (discovery channel) rode a prototype trek madone sslx in the 2005 tour de france. the carbon fiber frame was reinforced with boron fibers to increase stiffness

Armstrong on his prototype Trek Madone SSLx during the 2005 Tour de France

Though Trek's new Madone was introduced in 2003, Armstrong didn't use it in the Tour de France until 2004 – and even then it was only without the 'aero wing' on the back of the seat tube used on consumer bikes. The boron-free fiber lay-up was covered in a custom Project One finish called 'Pata Negra'. Aside from the anatomic-bend aluminum bend – 2004 was the last year Armstrong would use it – the rest of the build kit was largely identical to that used in 2005.

Armstrong didn't use the first-generation Madone in 2003 because it "was built with the wrong chain stays and it felt odd to him", Daubert said. Instead, Armstrong stuck to his tried-and-true Trek 5500, below, with a claimed frame weight of 980g. This chassis was also used in 2002.

Lance armstrong (united states postal service) rode a custom painted trek 5500 in the 2002 tour de france: lance armstrong (united states postal service) rode a custom painted trek 5500 in the 2002 tour de france

This was the bike that became famously ensnarled in a spectator's errant musette bag strap, sending the Texan tumbling in 2003's stage 15 to Luz Ardiden. Euskaltel-Euskadi rider Iban Mayo hit Armstrong's fallen bike – breaking the driveside chain stay – but it still managed to finish the stage. According to Daubert, that bike is now hanging in the Trek lobby.

2003 was also the first year Armstrong used Shimano's new 10-speed Dura-Ace group in the Tour, swapping in a front down tube shifter for mountain stages in order to save a few grams. Total bike weight was reputed to be around 7.2kg (15.9lb).

For 2000-2001, Armstrong used Trek's 5900 model, which borrowed an oversized lower headset cup and subtly tapered steerer design from then-subsidiary Klein. This model was built with what was then Trek's lightest 'OCLV 110' carbon fiber. This was the last year for Shimano's 9-speed Dura-Ace group, and Armstrong was still on Mavic wheels then too.

Lance armstrong's (united states postal service) trek 5900 shown in climbing trim for the 2001 tour de france: lance armstrong's (united states postal service) trek 5900 shown in climbing trim for the 2001 tour de france

Armstrong's Trek 5900 shown in climbing trim for the 2001 Tour de France

Armstrong's first Tour de France win in 1999 came aboard Trek's 5500 model – it was the first time a rider raced the Tour on a carbon bike from start to finish, according to Trek. It would be another year until the UCI instituted their 6.8kg (14.99lb) minimum bike weight rule, and 1999 was the the last year Armstrong would race with a threaded headset. Daubert told us that Armstrong's bike, seen below, weighed 8.6kg (18.9lb).

Trek claims lance armstrong's (united states postal service) 5200 was the first all-carbon frame to be raced in the tour de france from start to finish: trek claims lance armstrong's (united states postal service) 5200 was the first all-carbon frame to be raced in the tour de france from start to finish

1998: Marco Pantani's (Mercatone Uno) Bianchi Mega Pro XL Reparto Corse

You have to go back in time a full 14 years to find the last non-carbon bike used to win the Tour de France – a Bianchi Mega Pro XL built in the company's heralded Reparto Corse race shop from shaped and butted Dedacciai 7000-series aluminum tubing configured in a number of custom geometries to suit the whim of Marco Pantani, 'Il Pirata'.

Pantani's climbing prowess was the stuff of legend at the time, as was his climbing style (often out of the saddle and in the drops) and gearing selection (stuff most riders would only consider for flat terrain). Like Armstrong, Pantani often ran a front down tube shifter to save weight on mountain stages. Aside from that, though, the equipment was fairly standard: a Campagnolo Record 9-speed group, Campagnolo shallow-profile aluminum tubular wheels, an ITM bar and stem and a custom embroidered Selle Italia saddle.

Total bike weight varied from stage to stage but quoted figures hover around 8.1kg (17.9lb).

Marco pantani (mercatone uno) was reported to have upward of twenty frames made for him during the 1998 season. it's unclear if this particular machine - photographed outside the offices of santini clothing - was one of the frames actually used by il pirata during the tour de france that year but it's a reasonably accurate representation of the equipment he used: marco pantani (mercatone uno) was reported to have upward of twenty frames made for him during the 1998 season. it's unclear if this particular machine - photographed outside the offices of santini clothing - was one of the frames actually used by il pirata during the tour de france that year but it's a reasonably accurate representation of the equipment he used

It's unclear whether this Bianchi was used by Pantani, but it's a reasonably accurate representation 

1997: Jan Ullrich's (Team Telekom) Pinarello Paris

Like Pantani's Bianchi, Jan Ullrich's Pinarello Paris was a custom TIG-welded aluminum affair but with Columbus tubing instead of Dedacciai. Campagnolo featured heavily, with a complete Record group (including original-shaped Ergopower levers) and what were then considered deep-section aluminum tubular wheels. 

Ullrich would switch later in the race to carbon tubular wheels (graced with giant 'Campagnolo' and 'Bora' decals) that were reported to have been made in Munich, Germany, by then upstart Lightweight.

Finishing kit included Time pedals, an anatomic-bend 3T aluminum bar and a 3T forged aluminum threadless stem for a total reported weight of about 9kg (19.8lb).

Jan ullrich (team telekom) started the 1997 tour de france on campagnolo aluminum wheels but later switched to carbon rims reportedly made by lightweight: jan ullrich (team telekom) started the 1997 tour de france on campagnolo aluminum wheels but later switched to carbon rims reportedly made by lightweight

1996: Bjarne Riis's (Team Telekom) Pinarello Keral Lite

Bjarne Riis's 1996 Tour de France machine marked Pinarello's brief experiment in aluminum metal matrix composites. The Keral Lite frame was built with round tubes instead of shaped ones (metal matrix of that vintage was fairly brittle and tough to work with) and the joints were TIG welded. Typically for the time, the front end boasted a threaded 1in steerer.

Equipment included a Campagnolo Record group with Ergopower levers, a mix of both aluminum and carbon tubular rims (the latter supposedly supplied by Lightweight), a 3T traditional-bend aluminum handlebar and quill stem, Look clipless pedals and an original Selle Italia Flite saddle.

Bjarne riis's (team telekom) pinarello keral lite frame used round aluminum metal matrix tubes: bjarne riis's (team telekom) pinarello keral lite frame used round aluminum metal matrix tubes

Bjarne Riis's Pinarello Keral Lite frame (left) used round aluminum metal matrix tubes

1991-1995: Miguel Indurain's (Banesto) custom Pinarellos

Miguel Indurain's five-year reign over the Tour de France comprised the bulk of what would be Pinarello's golden age. Adding on the victories of Riis and Ullrich, Pinarellos would dominate the race for seven years straight.

Indurain used the same Keral Lite TIG-welded metal matrix aluminum composite frame model in 1995 as Riis did in 1996, with the only major differences being geometry and paint. Also like Riis, Indurain used Campagnolo componentry.

1994 would be the last year the Tour de France was won on a steel bike, this time an Oria-tubed, TIG-welded machine badged as a Pinarello but rumored to have been made under contract by legendary Italian builder Dario Pegoretti. According to Pinarello, Indurain always rode a 59cm-square frame geometry, but this particular version boasted a top tube that was dropped by 2cm to create a smaller and more compact front triangle, the aim being increased stiffness. 

There were also an extra 2cm of headset spacers to accommodate Indurain's slightly more upright position, which Pinarello said he faithfully maintained across the 15 years he rode for the brand. Indurain rode the same bike, shown below, in 1993. Claimed weight was about 9kg (19.8lb).

Miguel indurain's (banesto) steel pinarello as used in the 1993 tour de france: miguel indurain's (banesto) steel pinarello as used in the 1993 tour de france

Indurain's 1992 Pinarello was also steel, but this one featured lugged construction that was more common at the time.

Think you've got what it takes to try the Tour? Prove your mettle on our new fitness site, BikeRadar Training. It's a free online resource for you to record and analyze all aspects of your training, log your training routes, get yourself tailored training plans, see how you're doing on our leaderboards, set goals and plan your season with a comprehensive events guide.

www.bikeradar.com

Индурайн Мигель. 100 знаменитых спортсменов

Индурайн Мигель

(род. в 1974 г.)

Сильнейший велогонщик мира 1990-х годов. Пятикратный победитель велогонок «Тур де Франс».

Его королевская осанка, неутомимость и уважение, с которым он относился как к соперникам, так и к фанатам, сделали испанца Мигеля Индурайна настоящим Дон Кихотом велосипедного спорта. Прозвище дон Мигель прочно закрепилось за ним и сопровождало повсюду. Его подвиги на велосипедных трассах в девяностые годы прошлого века сделали Индурайна одним из величайших спортсменов столетия.

Его замечательные физические данные и великолепная тактика, которую он использовал против своих соперников, позволили ему выделиться из пелотона известных велогонщиков конца века и как минимум удвоили число завоеванных им титулов и наград.

Мигель Индурайн родился 16 июля 1974 года в городке Виллава, провинция Наварра, в Испании. По его воспоминаниям, впервые он сел за руль велосипеда в возрасте девяти лет, вместе со своим братом Пруденсио и сестрами Изабель и Марией. В двенадцать лет Мигель вступил в велоклуб Виллавы и в тот же год выиграл свою первую гонку – вторую из тех, в которых участвовал. В качестве приза мальчик получил булку и банку газировки. В детстве Мигель также занимался лыжами, метанием копья и стрельбой, пробовал себя в прыжках в длину и с шестом. Многие из этих видов спорта Индурайн перепробовал уже в Памплоне, куда переехал для продолжения образования.

С самого начала серьезных занятий спортом Мигель стал ощущать ответственность как член команды. Эта черта впоследствии очень помогла ему в большом спорте. Вот характерный случай из его детской велокарьеры. Команду, в которой выступал Мигель, пригласили на гонку, которая должна была пройти в другом городе. Естественно, дети должны были заручиться согласием родителей на поездку. Отец Мигеля, зная, что денег в бюджете команды маловато, спросил у тренера, где дети будут жить на соревнованиях и что они будут есть. Тренер ответил, что Мигель как сильнейший гонщик в команде должен приложить все усилия, чтобы выиграть главный приз, и тогда полученного вознаграждения хватит, чтобы компенсировать все расходы. Тренер добавил, что все остальные ребята, осознавая превосходство Мигеля, будут работать на него, помогая ему выиграть гонку. Кстати, так впоследствии и произошло – ту гонку Мигель Индурайн выиграл благодаря помощи своих товарищей по команде.

Многообещающий молодой велогонщик продолжал выигрывать и приобретать известность среди специалистов велоспорта. А широкую известность среди испанских болельщиков Мигель приобрел после сенсационных побед в чемпионатах Наварры и Испании в 1983 году. Уже став всемирно знаменитым, Индурайн вспоминал, что перед этими стартами он даже не мечтал о карьере профессионального велогонщика. «Я начинал заниматься велоспортом лишь для собственного удовольствия, мне это действительно очень нравилось, – говорил он. – И лишь добившись первых серьезных успехов, я стал всерьез задумываться над тем, готов ли провести за педалями значительную часть своей жизни. Мне было тогда восемнадцать лет, и я сомневался во всем».

В 1984 году Мигель Индурайн в составе сборной Испании принял участие в крупнейших соревнованиях среди любителей – велогонке Мира по дорогам ГДР, Чехословакии и Польши и Олимпийских играх в Лос-Анджелесе. А сразу после Олимпиады Индурайн стал профессиональным велосипедистом. Он подписал свой первый контракт с командой «Рейнольдс».

Как и ожидалось, переход в профессиональный спорт не был легким. Несмотря на то что первые успехи пришли достаточно быстро, они потребовали много сил и были непродолжительными. Уже в год дебюта он неожиданно захватил лидерство на одной из престижнейших мировых велогонок – Вуэльте[14]. Мигелю удалось удерживать первую позицию четыре этапа, но потом он не только уступил лидерство более опытным велосипедистам, но даже не смог завершить гонку. После этого Индурайн дебютировал в велогонке «Тур де Франс» – мечте любого велосипедиста. Однако и здесь его подстерегала неудача, до финиша он так и не добрался. Участие Мигеля в гонке ограничилось пятью днями, а затем тренер команды Хосе Мигель Эчаварри отправил его домой, решив, что молодому гонщику еще не по силам преодолеть эту сложнейшую трассу и для первого раза достаточно всего нескольких этапов. Год спустя Мигель повторил попытку, но снова не доехал до финиша многодневки по воле тренера. Лишь в 1987 году это ему удалось. Итогом отчаянных усилий стало скромное 97-е место. Но Индурайн не отчаялся. Спустя еще год он был уже 47-м, в 1989 году – 17-м, уступив победителю Грегу Лемонду около получаса, и наконец в 1990 году Индурайн занял почетное 10-е место в общем зачете «Тур де Франс». Это уже был большой успех. Индурайн добился его в составе новой команды, «Банесто». За нее он выступал до конца профессиональной карьеры.

Та гонка примечательна еще одним обстоятельством. За два дня до окончания «Тура» Индурайн лидировал. Однако на последних этапах он сознательно уступил желтую майку лидера и общую победу в гонке своему партнеру по новой команде, ее капитану и признанному лидеру, Педро Дельгадо. Объясняя свой поступок, Индурайн сказал: «Перико[15] является величайшим испанским велогонщиком всех времен, он долгое время был для меня идеалом, которому я подражал. Я многому у него научился и теперь решил выразить ему свою благодарность таким способом».

За эти годы Индурайн выиграл несколько менее престижных велогонок. Так, первой велогонкой, в которой Мигель одержал победу, была «Тур де Мурсия» (1986 г.). Два года спустя он первенствовал в престижном «Туре Каталонии», а затем в течение двух лет подряд выигрывал велогонку Париж – Ницца.

Последующие пять лет, с 1991 по 1995, сделали Мигеля Индурайна знаменитым на весь мир. Пять побед подряд, одержанных им на «Тур де Франс», поставили Мигеля на то место в неофициальном рейтинге звезд мирового спорта, которое он занимает и поныне, даже после завершения карьеры профессионального велогонщика. Мигель стал четвертым спортсменом в истории велоспорта, после французов Жака Анкетиля и Бернара Ино, а также бельгийца Энди Меркса, одержавшим пять побед в «Турах», и первым, кому удалось это сделать пять раз подряд. После одной из этих побед знаменитый велогонщик сказал: «Я не хочу меняться. Я доволен своим нынешним положением, однако я по-прежнему не чувствую, что на голову превосхожу других участников гонки. Возможно, мне просто везет немного больше, чем им». Действительно, в дни побед Индурайн, находясь в центре всеобщего внимания и славы, демонстрировал необычайную для спортсменов такого ранга скромность. А вот в минуты поражений он становился необычайно заносчивым и редко спешил поздравить более удачливого соперника с победой.

Первый выигранный «Тур де Франс», по словам Индурайна, был просто сказкой. Как первую любовь, так и первую победу и свои ощущения в этот момент невозможно забыть. Победив год спустя, Мигель как бы подтвердил свой статус. На третьей гонке все ждали от Индурайна очередной победы, он был как бы обязан выигрывать, а это психологически очень сложно. В 1994 году победа во многом была достигнута за счет опыта: Мигель знал, когда можно поберечь силы, а когда, наоборот, следует напрячься. Когда на горизонте замаячила перспектива установления рекорда из пяти побед подряд, Индурайн сознательно отказался от других престижных велогонок, включая «Джиро д’Италия», сосредоточившись исключительно на подготовке к «Туру». Это, по его словам, позволило ему чувствовать себя на финише свежим и полным сил.

Одержав в 1991 году первую победу на «Туре», Мигель Индурайн сместил с трона лидера мирового велоспорта, американца Грега Лемонда. Последующие победы Мигеля развеяли сомнения многих журналистов, поначалу считавших его очередной звездочкой, которые периодически вспыхивают в профессиональном велоспорте, но затем очень быстро сгорают. На вопрос, с кем из великих велогонщиков прошлого он хотел бы себя сравнить, Мигель ответил так: «Копи, Анкетиль, Меркс, Ино – все эти фигуры священны для истории спорта, и я не рискну сравнивать себя с кем-либо из них. Мне больше нравится быть просто Мигелем Индурайном».

Известный итальянский велогонщик Клаудио Кьяпуччи, современник Индурайна, в своих интервью называл того Инопланетянином, намекая на нечеловеческие способности и запредельную выносливость Индурайна. Еще один известный гонщик того времени, Джанни Бунья, называл Индурайна Мотоциклом и Большим Мигелем. Индурайн на это шутливо отвечал, что он не инопланетянин, поскольку «должен был бы в таком случае периодически витать в облаках, чего я за собой не замечал». Тот же Кьяпуччи, другие гонщики – соперники Индурайна, в частности Марко Джованетти и Франко Кьоччиоли, отмечали, что большинство побед дона Мигеля были одержаны в присущей ему грациозной манере. И действительно, практически всегда, когда телевизионная камера показывала Индурайна, у него было величественное выражение лица. Это выражение, которое журналисты прозвали «играющее лицо», или просто «лицо Индурайна», можно было увидеть на пьедестале почета при получении очередной награды. Такое же выражение лица было у Мигеля перед самой вершиной крутой горы, на которую он взбирался в ходе очередного этапа многодневки. «Ты видишь его на трассе, атакующим тебя, – говорил Кьяпуччи, – на лице его эта улыбка. И ты никогда не поймешь, смеется он над тобой, готовит ли очередной финт или же он просто устал». Индурайн обычно комментировал рассуждения о своей фирменной улыбке так: «Я стараюсь никогда не выдавать своих эмоций».

В 1996 году все ждали, что Индурайн победит в «Тур де Франс» в шестой раз. Даже маршрут велогонки был специально изменен таким образом, чтобы совместить день рождения дона Мигеля с прохождением пелотона через его родную Наварру. Но еще до пересечения гонкой франко-испанской границы стало очевидно, что великому испанцу не суждено победить в гонке. В итоге Индурайн пришел к финишу лишь одиннадцатым, отстав от выигравшего гонку Биарне Риса из Дании на четырнадцать минут.

В том году, словно компенсируя неудачу на дорогах Франции и Испании, Мигель блистательно выиграл олимпийскую велогонку в Атланте. Он по-прежнему оставался фаворитом любой велогонки, в которой участвовал, к нему постоянно было приковано внимание журналистов и болельщиков. Но, ко всеобщему удивлению, 2 января 1997 года на специально созванной пресс-конференции в Памплоне Индурайн произнес следующее: «Я мог бы выиграть шестой “Тур де Франс”. Но я решил начать новую жизнь. Я ухожу».

Редчайший случай для мирового спорта: ни один из бывших и потенциальных соперников Индурайна не выказал радости по поводу завершения его карьеры. Клаудио Кьяпуччи, один из самых непримиримых соперников дона Мигеля, даже направил в его адрес открытое письмо, в котором написал: «Дорогой Мигель, мне тебя будет очень не хватать! Для меня понятие велогонки и велопелотона связано только с тобой». Одной из традиций новейшего времени лишилась и велогонка «Тур де Франс», подарившая Мигелю славу. Каждый год в день своего рождения в стартовом городке очередного этапа Мигель получал от организаторов роскошный торт.

Несмотря на триумфальные выступления на многодневных велогонках, в активе Индурайна не так уж много побед на отдельных этапах. За всю карьеру Мигель выиграл лишь 12 этапов на «Тур де Франс», причем из них 10 – индивидуальные гонки с раздельным стартом. Для справки: другие великие велогонщики разных лет, с которыми Мигеля часто пытались сравнивать, выигрывали этапы намного чаще. Так, Анкетили имел на своем счету 16 выигранных этапов в различных «Турах», Ино – 27, а Меркс – целых 34. Эти числа еще раз подчеркивают великолепное умение Индурайна распределять силы в ходе длительной гонки, выкладываясь по максимуму только там, где это действительно необходимо для общей победы.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

info.wikireading.ru


Смотрите также